Глава V
Модерн
(1890 - 1914)

"Мода конца столетия полна новых тенденций, а также повторений моды времен минувших", - афористически выразили суть периода авторы чешской энциклопедии моды [1]. Тем не менее этот период в свою очередь распадается на подпериоды, которые между собой резко разнятся, олицетворяя взаимоисключающие тенденции моды.

Первое направление, зародившееся в недрах 1880-х гг. предполагало наличие жесточайшего корсета, который придавал женской фигуре S-образный силуэт плюс для обыденной и повседневной носки высокий воротник-стойка, в него также для жесткости прокладывали китовый ус. Вечером такая затянутая в талии женщина надевала платье с глубоким декольте, на месте стоячего воротника оказывался сделанный из ювелирных камней ошейник или широкая бархатная лента с большой пряжкой из страз, подходящей по своей величине скорей для пояса, нежели для шеи, или жабо, дополненное вышивкой и кружевами. Прическа украшалась огромной круглой шляпой до 35 см в диаметре. Шляпа увеличивалась за счет перьев.

Это течение, которое можно назвать, великосветским, на рубеже XIXvXX вв. встречает отпор в новом течении, получившем название спортивного. Дело в том, что конец XIX века ознаменован энергичным вхождением в повседневный быт велосипедов.
Для велосипеда жесткий корсет противопоказан. И на волне отказа от стягивающих женскую фигуру косточек выдающийся французский портной Поль Пуаре предлагает "своим первым клиенткам... соблазнительные платья в стиле ранней Империи" [2], то есть упоминавшийся не однажды ампир. И еще любопытное явление. На рубеже XIXvXX вв. парижская и русская моды вступают в энергичное соревнование, рождая удивительный феномен взаимопроникновения двух национальных культур. В 1909 году парижане ошеломлены тем оформлением, которое делает к балету "Клеопатра" русский художник Л.С. Бакст. Дальше больше. В преддверии Первой мировой войны Европа уже завоевана триумфальными гастролями Русского балета С.П. Дягилева. Художник Бакст, оформивший многие постановки, именно в это время начал интересоваться не только театральным костюмом, но и бытовым, продолжив дело своего деда, знаменитого французского портного, жившего на закате дней в Петербурге. Квартира деда на Невском блистала золотистым атласом - он любил желтый цвет, на фоне которого щебетали желтые канарейки. Воспоминания о желтой квартире деда легли в восприятии Бакста на модную к этому времени гамму восточных v желтовато-оранжевых тонов. Лиловая эстетика декаданса взорвалась жизнеутверждающими тонами Востока.

Представления Бакста [3] о том, как должна выглядеть женщина будущего - одетая в мужские брюки днем и шикарно-женственная по вечерам v завоевали в это грозное время Европу. Страна подражательница, какой долгое время выступала Россия, продемонстрировала на время свое совершеннолетие в вопросах моды и покорила сам Париж.

[1] Кибалова Л. и др. Иллюстрированная энциклопедия моды. Прага, 1988. - С. 293.

[2] Горбачева Л.М. Костюм ХХ века. - М., 1996. - С. 17.

[3] Бакст Л. Мода. v Петербургская газета. - 1914, - 20 февр. - С. 3.